С Максом все в порядке. Подумаешь, ожог. Ничего страшного, и нечего беспокоиться, Тревис. Неудивительно, что у него все перевернуто вверх дном, разве можно содержать квартиру в порядке с одной рукой?
Тревис направился в сторону универмага «Маккей». В кармане у него лежали дверные петли, которые он купил четыре — неужели только четыре? — дня назад. Они не подошли, и он собирался обменять их на другие.
Подойдя поближе, Тревис заметил около универмага черный спортивный фургон и замедлил шаг. Может, это он проезжал мимо салуна на днях? Или другой, просто очень на него похожий? Непонятно: Блестящая черная краска, без единой царапины или вмятины. Тонированные стекла, непроницаемые, словно ночь. Полная луна на боковой дверце отливает кроваво красным в лучах заходящего солнца.
Мимо Тревиса прошел какой-то паренек с ранчо, нечаянно задел его плечом, и только тогда Тревис понял, что стоит на месте и, как дурак, пялится на грузовик. Он смущенно пробормотал извинения и, открыв скрипучую дверь, оказался в знакомой суете универмага «Маккей».
Маккей открыл его в 1890-м, и с тех пор универмаг каждый день гостеприимно принимал покупателей, за исключением, конечно, праздников и Великой Депрессии. Ян Маккей, сын первого владельца, продал магазин в сороковых, но около десяти лет назад его внучка, Оника Маккей приехала в Касл-Сити, чтобы составить свое генеалогическое древо, не смогла устоять перед очарованием долины и выкупила универмаг, который когда-то открыл ее прадед.
За прошедшие годы магазин почти не изменился. Огромные торговые центры, торгующие со скидками, наводнили другие городки в горах, однако «Маккей» остался в целости и сохранности и продолжал стоять, прикрываясь своей железной крышей и глядя на мир зеркальными стеклами витрин. Высокие, добротные полки точно так же ломились от самых разных товаров, как и во времена серебряной лихорадки, канувшие в далекое прошлое — хотя сейчас чесночницы и соус «карри» пользовались гораздо большей популярностью, чем кирки и бутыли с ртутью.
Тревис вдохнул пропитанный пылью и специями воздух и улыбнулся, подумав, что, наверное, так пахнет сама история. По крайней мере кое-что никогда не меняется. Он вернулся в отдел скобяных изделий, нашел пару новых петель и поспешил к выходу.
По воздуху плыл нежный, мелодичный звон колокольчиков.
От потрясения Тревис замер на месте. Он уже однажды слышал этот серебристый перезвон в Касл-Сити. Именно тогда все и началось…
— Спасибо за то, что посетили «Маккей», — прозвучал у Тревиса над головой мелодичный голос.
Мужчина с полиэтиленовым мешком в руках появился из-за угла, улыбнулся Тревису и поспешил к боковому входу. Тревис зашел за угол и обнаружил источник поразившего его звука.
Древняя медная касса, занимавшая целый прилавок с незапамятных времен, исчезла. А на ее месте затаилось продолговатое, приземистое существо из черной пластмассы. В привычный гул магазина снова ворвался пронзительный звон, и Тревис понял, что колокольчики тут ни при чем — только электронный прибор издает такой безжизненный и такой безупречный звук.
Другая клиентка — молодая женщина — замерла у прилавка. По другую его сторону стояла Уонита Заблудившаяся Сова. Сегодня заплела в толстую косу свои черные с проседью волосы, надела джинсы и свободную рубашку с ярким геометрическим рисунком. За очками с толстыми стеклами поблескивали мудрые карие глаза.
Уонита легко коснулась каждой покупки, затем едва заметным движением дотронулась до черного чудовища на прилавке. Бледное сияние залило ее суровое лицо, и снова зазвучал звонкий сигнал, напомнивший Тревису звон колокольчиков.
— Семнадцать долларов и тридцать два цента, — сказала Уонита.
Значит, она все-таки подсчитывала стоимость покупки.
Молодая женщина протянула ей кредитную карточку. Уонита взяла ее и провела над прямоугольным устройством, ни разу к нему не прикоснувшись. Снова послышался звон. Уонита вернула карточку владелице, сложила покупки в блестящий полиэтиленовый мешок и кивком попрощалась с женщиной, которая направилась к двери.
— Тебе помочь, Тревис?
Он покачал головой, сообразив, что снова, как дурак, уставился на Уониту, ничего не замечая вокруг себя. Он подошел к прилавку и положил на него петли.
— Привет, Уонита. Мне нужно поменять петли.
Она кивнула и прикоснулась к петлям — нет, неверно. Она аккуратно тронула бумажные ценники.
Тревис мрачно за ней наблюдал.
— А куда подевалась старая касса?
— Эта лучше.
Только сейчас он заметил у нее на руке что-то вроде черного нейлонового браслета на липучке. На тыльной стороне находилась маленькая черная коробочка. Уонита прикасалась к диковинному сооружению на прилавке, раздавался звон, и одновременно на браслете вспыхивали буквы.
Тревис нахмурился еще сильнее.
— Он использует мое тело в качестве провода, — пояснила она.
— В каком смысле?
— Когда я прикасаюсь к какому-нибудь товару, она запоминает. — Она показала на коробочку у себя на запястье, затем на черное устройство, стоящее на прилавке. — А когда я дотрагиваюсь до этой штуки, она прислушивается к моему телу и узнает, что я трогала. А потом все складывает.
Неожиданно Тревис все понял. Он вспомнил, как пару месяцев назад они с Максом смотрели по телевизору передачу «Канала Чудес». Вечер выдался спокойный, посетителей было немного, и они могли позволить себе расслабиться и отдохнуть. Рассказывали про новые технологии. И, среди прочего, о приспособлении, которое использует для передачи данных человеческое тело и не нуждается ни в каких проводах и кабелях. Зона персональной связи — ЗПС — так назвал эту штуковину диктор с монотонным тоскливым голосом. Но те приборы выглядели неуклюжими и пугали своими размерами. По сравнению с изящным устройством на руке Уониты они казались чудовищами, сбежавшими из выставочного зала научных работ учеников средней школы.
— Очень полезная штука, — сказала Уонита.
— В каком смысле? — спросил Тревис. — Какая от него магазину польза?
Она пошарила под прилавком и извлекла на свет брошюру, которую тут же вручила Тревису.
— Почитай, может, найдешь что-нибудь и для себя.
Он посмотрел на книжицу и чуть не расхохотался. Наверное, ему следовало удивиться, когда он увидел полную луну и стилизованную букву «D», но Тревис нисколечко не удивился. «Дюратек». Значит, вот чем они занимаются — одна из тысяч возможностей, которые они предлагают.
— Последнее время миссис Маккей очень нервничала, — сказала Уонита. — А теперь к ней вернулась надежда. Она говорит, что наши дела давно не шли так хорошо. Она даже зарплату мне прибавила.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
